УЧЕБНИКИ
ОН-ЛАЙН

Главная Заказать работу Контактная информация Статьи партнёров


Глава XIX. Международно-правовое обеспечение урегулирования частноправовых споров

 

§ 796. Введение. Сами по себе частноправовые споры, способы и средства их урегулирования не являются предметом международного публичного права. Речь ниже идет не об этом, а о международных публично-правовых методах содействия, обеспечения более эффективного, единообразного урегулирования международных частноправовых споров, включая как саму процедуру разрешения споров, так и выполнение вынесенных по спорам решений, с учетом трудностей, возникающих в связи именно с международным характером регулируемых отношений.

Относительно узкого применения унификационной конвенции коллизионного характера по праву, применимому к международным частно-правовым сделкам, они в интересах единства изложения трактуются в настоящем курсе в рамках общей тематики международного унификационно-гармонизационного урегулирования (§ 531, 535 и др.). Между тем необходимо отметить, что международные коллизионные нормы, будучи по своей сути процессуальными, системообразно относимы и к правовому обеспечению урегулирования частноправовых споров.

 

1. Киевское соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности

 

§ 797. Соглашение заключено было рядом стран СНГ 20 марта 1992 г. в связи со срочной необходимостью заполнения правового вакуума, образовавшегося после распада СССР, в результате чего решения судов постсоветских государств оказывались не подлежащими исполнению в судах других таких же государств.

§ 798. Соглашение, во-первых, применимо только к регулированию гражданско-правовых отношений по спорам, сторонами которых выступают хозяйствующие субъекты государств-участников Соглашения, а также отношений этих хозяйствующих субъектов с государственными и иными органами.

Во-вторых, признан был принцип равенства прав (по сути - национальный режим) на судебную защиту хозяйственных субъектов каждого из государств в других государства-участниках. При этом под компетентными судами понимаются как государственные, так и арбитражные суды.

В третьих, государства взаимно обязались признавать и исполнять вступившие в законную силу решения компетентных судов других государств-участников Соглашения.

При этом, поскольку ряд стран-участниц Киевского соглашения участвует также в Нью-Йоркской конвенции 1958 г. (§ 808) и требующиеся для получения исполнения документы по 2 названным документам не совпадают (по Киевскому соглашению требуется дополнительно исполнительный лист), могут возникать коллизии в отношении применения того иного документа. В таких случаях, очевидно, преимущество имеет Киевское соглашение, которое является, в отличие от Нью-Йоркской конвенции, региональным, т.е. специальным (lex specialis derogat lex generalis), а также более поздним по появлению (lex posteriori derogat lex anteriori).

Киевское соглашение содержит перечень оснований, по которым в приведении в исполнение решения может быть отказано по просьбе лица, против которого оно направлено, если это лицо представит доказательство суду по месту, где испрашивается приведение в исполнение решения, что:

- судом запрашиваемого государства уже ранее вынесено вступившее в законную силу решение по делу между теми же сторонами, о том же предмете и по тому же основанию;

- имеется признанное решение компетентного суда третьего государства по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тому же основанию;

- спор разрешен некомпетентным судом;

- другие стороны не были извещены о процессе;

- истек 3-годичный срок давности предъявления решения к принудительному исполнению.

В четвертых, Киевское соглашение содержит ряд коллизионных норм, относящихся к выбору применимого права.

§ 799. В качестве вывода можно отметить, что Киевское соглашение являет собой особого рода многосторонний многофункциональный договор о порядке урегулирования хозяйственных (т.е. отраслевого характера) споров между субъектами права из государств-участников Соглашения, включая судебные и арбитражные способы, признание и исполнение решений судов государств-участников, а также коллизионные нормы, срок давности и т.д.

 

2. Международно-правовое урегулирование "диагональных" экономических споров (между государствами и иностраннымцами)

 

§ 800. Уникальным является механизм урегулирования споров по так называемым диагональным правовым отношениям между, с одной стороны, государством, а с другой стороны иностранным физическим юридическим лицом, причем определяющим в этих отношениях является не правовой статус субъектов отношений, а предмет отношений, которые признаются гражданско-правовыми. Поэтому урегулирование споров по таким отношениям подпадает под рубрику частноправовых, несмотря на то, что в спорах участвуют и суверенные государства, а правовая база урегулирования - международный договор.

 

Вашингтонская конвенция 1965 г. (и другие соглашения) о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами

 

§ 801. В соответствии с Конвенцией создан Международный Центр по урегулированию инвестиционных споров. Центр образован для урегулирования споров в рамках международного имущественного права. Имеются в виду споры, возникающие между государствами, с одной стороны, и иностранными физическими и юридическимцами-инвесторами, с другой стороны. Такие споры рассматриваются как частноправовые, но сложность в том, что государства в силу их суверенности обладают юрисдикционными и иными иммунитетами. Цель Конвенции и резон создания Центра - изъятие таких инвестиционных споров из национальной юрисдикции и передача их в международный арбитраж. Таким образом элиминируется возможность государства использовать свою юрисдикционную иммунность.

§ 802. Центр действует под эгидой Всемирного банка и обладает полной международной правосубъектностью.

Руководящим органом Центра является Административный совет в составе представителей от каждого государства-участника Конвенции, во главе с Председателем Совета. Имеется также Секретариат, возглавляемый Генеральным секретарем. Местонахождение - Вашингтон.

Секретариат Центра осуществляет письменную связь между сторонами по спорам, арбитрами; обеспечивает финансирование расходов по процессу, организует слушание дел. Секретариат ведет также реестр дел и поддерживает список посредников для согласительного производства и список арбитров. В каждый из списков входят по 4 лица от каждого государства-участника, а также по 10 лиц, назначенных Административным советом.

Конвенция открыта для присоединения государств-членов Всемирного банка, членство в котором в свою очередь зависит от членства в Международном валютном фонде. В Конвенции могут по приглашению Административного Совета Центра участвовать также государства-участники Статута Международного суда ООН. Таким образом, Вашингтонская конвенция не открыта для участия любого государства и не может, таким образом, рассматриваться формально как универсальная, что относится и к самому Центру.

В Конвенции участвует более 100 государств. Россия к Конвенции присоединилась, но не ратифицировала ее (на 2003 г.).

§ 803. Под эгидой Центра образуются либо согласительные комиссии, либо арбитражные трибуналы для разрешения споров между государствами-участниками Конвенции и иностранными лицами. Кроме того, Центр предоставляет Дополнительные возможности, в соответствии с которыми Секретариат может организовать производство дел между государствами и иностраннымцами вне действия Конвенции, когда одна из сторон государство не участник Конвенции, иностранное лицо из государства - не участника Конвенции, а также когда согласительная процедура арбитраж не связаны с инвестициями. Наконец, Дополнительные возможности включают услуги по организации процедуры выяснения фактических обстоятельств по соответствующим просьбам государств иностранных лиц.

§ 804. Обращение к арбитражному производству по Конвенции возможно только с письменного согласия сторон, иначе говоря, облигаторной юрисдикции не предусмотрено. При этом, однако, более 30 государств приняли внутренние законы о генеральном согласии на передачу инвестиционных споров между ними и иностраннымцами на арбитражное производство на основе Конвенции. Такое согласие включается также и в некоторые двусторонние соглашения о поощрении и защите инвестиций. Кроме того, генеральное согласие на юрисдикцию арбитража на основе Конвенции - включено в ряд многосторонних соглашений, таких как Соглашение о Северо-Американской ассоциации свободной торговли (НАФТА), Картагенское соглашение о свободной торговле (Андская группа); Соглашение (и Протокол к нему) об Общем рынке стран "Южного конуса" (Меркосул) и Соглашение о Европейской энергетической хартии.

Арбитражным трибуналом (а также в рамках Дополнительных возможностей) применяется право, избранное сторонами. Если соглашение сторон отсутствует, применяется право государства - стороны спора, а также нормы международного права, которые могут быть признаны применимыми. По согласию сторон, трибунал может решать дело ex aequo et bono.

Решения трибунала окончательны и обязательны для сторон. Однако сторона может просить об аннулировании решения по одному из 5 оснований: ненадлежащее сформирование трибунала; превышение им своих полномочий; подкуп одного из арбитров; серьезное нарушение правил процедуры; отсутствие в решении мотивов, по которым оно принято. В случае просьбы об аннулировании решения трибунала Председатель Административного совета образует ad hoc комитет из 3 членов для рассмотрения просьбы.

Государства-участники Конвенции обязались признавать решения арбитража и обеспечивать их исполнение таким же образом, как окончательное решение собственного судебного органа.

Третьи стороны могут вступать в процесс лишь с согласия сторон спора. В Конвенции не предусматривается возможности направления трибуналу письменных представлений третьих лиц (amicus curiae - так называемых "друзей суда").

Расходы по арбитражному процессу возлагаются на стороны в долях, определяемых Трибуналом. Расходы по согласительной процедуре несут стороны в равных долях.

§ 805. Так называемые диагональные инвестиционные споры с участием государств и иностранных инвесторов могут рассматриваться не только в рамках механизма Вашингтонской конвенции 1965 г. Широко применяется практика включения в двусторонние соглашения о поощрении и защите инвестиций специальных статей об урегулировании возможных споров (см. § 710). При этом, кроме обычных условий об использовании прежде всего переговоров между спорящими сторонами, как правило, предусматривается применение арбитражного метода. Это может быть условие о создании арбитража ad hoc какой-либо конкретный постоянно действующий арбитраж, например, Арбитражный институт Стокгольмской торговой палаты (Соглашение о поощрении и защите инвестиций между Россией и Великобританией), оговариваются и условия применения определения арбитражной процедуры. Не исключено и использование в "диагональных" спорах Арбитражного суда Всемирной торговой палаты (см. § 303) и подобных судебных институций.

§ 806. Своеобразием отличается предусматриваемый Договором 1994 г. о Европейской энергетической хартии (§ 267) порядок рассмотрения споров между инвесторами и государствами-участниками Договора. Под инвестициями в Договоре понимаются любые инвестиции, связанные с "хозяйственной деятельностью в энергетическом секторе", т.е. деятельностью, относящейся к разведке, добыче, переработке, производству, хранению, транспортировке по суше, передаче, распределению, торговле, маркетингу продаже энергетических материалов и продуктов и т.д.

В Договоре предусматривается, что если в течение 3 месяцев после обращения одной из сторон спор не решен дружественным путем, инвестор - сторона в споре может по своему выбору передать спор для разрешения:

- в суды административные трибуналы договаривающегося государства в споре;

- в соответствии с любой предварительно согласованной процедурой;

- в иные арбитражные органы.

Под такими органами понимаются:

- Международный центр в рамках Вашингтонской конвенции 1965 г. и его процедура, если государство - сторона спора является участником Вашингтонской конвенции;

- единоличный арбитр арбитраж ad hoc в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ (§ 809);

- арбитражное рассмотрение в Арбитражном институте Международной торговой палаты в Стокгольме.

Однако ряд государств-участников Договора 1994 г. (в том числе Россия) сделали заявление, что инвестор, инициировавший рассмотрение спора в суде данного государства-ответчика в соответствии с процедурой, оговоренной в соглашении с государством-ответчиком, не может повторно передать спор на рассмотрение "иных арбитражных органов".

В Договоре 1994 г. установлена также и процедура рассмотрения споров между самими государствами-участниками.

 

3. Международно-правовое содействие арбитражному урегулированию частноправовых споров

 

§ 807. Как явствует из сказанного выше, приоритетным практически способом урегулирования межгосударственных споров, не считая переговоров, можно считать арбитраж. Это же относится и к методам решения международных споров между частными физическими и юридическимцами. Объясняется это тем, что арбитражное производство, сравнительно с судебным, короче, без затяжных апелляций. Соответственно - дешевле. Кроме того, выбор стороной "своего" арбитра, хотя арбитр и обязан быть беспристрастным, все же дает стороне надежду, что такой арбитр не будет, по крайней мере, необъективным.

§ 808. Трудности возникают с признанием и исполнением арбитражных решений за рубежом, не по месту нахождения арбитража, и государства пришли на помощь для разрешения этих трудностей. В 1958 г. была заключена Нью-Йоркская конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений.

В Конвенции участвует 133 государства (2003 г.) и она охватывает практически главнейшие государства, участвующие в мировом торговом обороте. Конвенцией предусматривается два основных обязательства:

во-первых, признание государствами-участниками письменных арбитражных соглашений, и, соответственно, суды при поступлении к ним дел, по которым стороны заключ арбитражное соглашение, по просьбе одной из сторон должны направлять стороны в арбитраж;

во-вторых, признание государствами иностранных арбитражных решений обязательными и приведение их в исполнение в соответствии со своей национальной исполнительной процедурой. Отказ в признании и приведении в исполнение возможен практически только при доказательстве существенных нарушений правил в основном процессуального характера. Исчерпывающий перечень оснований для отказа исполнения дается в Конвенции, включая противоречие решения публичному порядку страны, где испрашивается исполнение.

§ 809. Содействие арбитражному методу урегулирования международных частно-правовых споров содержится и в ряде международно-правовых актов, в том числе с факультативной правовой силой:

- Европейская конвенция 1961 г. о внешнеторговом арбитраже, разработанная в рамках Европейской экономической комиссии. Конвенция действует при наличии арбитражного соглашения между сторонами из государств-участников. Сторонам предоставляются широкие возможности определения конкретных форм арбитража (постоянно действующего ad hoc). Подробно регулируются процессуальные вопросы арбитражного производства. В Конвенции участвует свыше 20 государств, включая неевропейские. СССР ратифицировал Конвенцию в 1962 г.;

- Арбитражный регламент Европейской экономической комиссии ООН 1966 г.;

- Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ 1976 г.

Оба регламента факультативные, применимы только при согласии сторон об этом. Регламент ЮНСИТРАЛ вдвое более детализирован, чем Регламент ЕЭК. Симптоматично, что в Соглашении о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Евросоюзом 1994 г. содержится особая оговорка о поощрении сторонами использования при разрешении частных коммерческих споров Арбитражного регламента ЮНСИТРАЛ. Это пример косвенного государственного воздействия на избираемую арбитражную процедуру частнымцами;

- Правила примирительной процедуры ЮНСИТРАЛ 1980 г. Это своего рода процессуальное "подспорье" в осуществлении дружественного урегулирования спора посредством примирения;

- Типовой закон ЮНСИТРАЛ 1985 г. о международном коммерческом арбитраже. Этот документ, имеющий важное унификационное значение для правового положения национальных международных коммерческих арбитражных судов, оказался широко востребованным. Законодательство, основанное на Типовом законе, принято в 45 государствах и в их отдельных административных районах (2003 г.). На этом Типовом законе базируется Закон РФ 1993 г. "О международном коммерческом арбитраже".

§ 810. Уместно здесь упомянуть добрым словом и Московскую конвенцию 1972 г. о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества с участием стран-членов СЭВ. Конвенция в течение более 20 лет представляла собой высокопрофессиональный облигаторный юридический эффективный инструмент, регулировавший рассмотрение гражданско-правовых споров, но только между хозяйственными организациями стран-участниц, причем фактически в условиях планового хозяйства этих стран и социалистической экономики. Поэтому говорить в данном случае об урегулировании "частно-правовых" споров не совсем корректно, хотя гражданско-правовыми они тем не менее являлись и в тех условиях.

Конвенция в отступление от принципа свободы воли сторон, во-первых установила обязательную подсудность соответствующих международных споров арбитражному суду с исключением подсудности государственным судам и, во-вторых, предусмотрела обязательную подсудность споров арбитражному суду при торговой палате страны местонахождения ответчика. Однако по соглашению сторон спор мог разрешиться арбитражным судом при торговой палате и в другом государстве-участнике Конвенции.

Конвенция после распада СЭВ не была денонсирована рядом стран и формально сохраняет силу для Болгарии, Кубы, Монголии, России и Румынии. Практически в 90-е гг. еще рассматривались арбитражные дела на основе Конвенции. В настоящее время условия Конвенции во многом не отвечают новым экономическим реалиям и утвердившимся в бывших странах СЭВ правовым принципам свободы воли сторон, что делает применимость Конвенции на практике проблематичной.

§ 811. Арбитражный способ урегулирования частноправовых споров, кроме названных многосторонних международно-правовых актов, во многих случаях оговаривается и на двусторонней основе, в частности в договорах о торговле и мореплавании, в которых часто обусловливается как признание арбитражных соглашений, так и признание и исполнение арбитражных решений, основывающихся на таких соглашениях. Практикуется признание, обычно на основе взаимности иностранных арбитражных решений и на односторонней основе в национальном законодательстве (Закон РФ 1993 г. "О международном коммерческом арбитраже").

 

4. Признание и исполнение иностранных судебных решений и исполнение судебных поручений

 

§ 812. Выше речь шла о признании и исполнении иностранных арбитражных решений. А как обстоит дело с исполнением иностранных судебных решений, а также с исполнением судебных поручений (например, вручение судебных документов, опрос свидетелей за рубежом и т.п.)? И то и другое в силу юрисдикционного суверенитета может осуществляться либо на основе одностороннего внутринационального регулирования государством, где испрашиваются соответствующие процессуальные акции, либо на основе межгосударственных соглашений. Такие соглашения, когда дело касается гражданско-правовых, но особенно коммерческих, предпринимательских отношений, - входят в сферу международного экономического процессуального права.

Не касаясь здесь соответствующего внутринационального процессуального регулирования, остановимся на межгосударственном, т.е. в рамках международного экономического процессуального права.

§ 813. Признание и исполнение решений иностранных судов регулируется следующими международными соглашениями:

- Международная конвенция 1969 г. о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью (с участием СССР - России), что касается судебных решений, связанных с ответственностью по данной Конвенции;

- Римская конвенция 1952 г. об ущербе, причиненном иностранными воздушными судами третьим лицам на поверхности (с участием СССР - России), в отношении соответствующих судебных решений;

- Гаагская конвенция 1954 г. по вопросам гражданского процесса (в частности, исполнение решений об оплате судебных расходов). Действует для России, как правопреемницы СССР;

- Гаагская конвенция 1971 г. о признании и исполнении иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам;

- договоры о правовой помощи. Что касается России, признание и исполнение судебных решений предусматривается в действующих для России договорах о правовой помощи с Алжиром, Болгарией, Вьетнамом, Грецией, Ираком, Италией, Кипром, Кубой, Польшей;

- Многосторонняя Конвенция о правовой помощи СНГ 1993 г. предусматривает признание судебных и иных решений, не требующих исполнения, а также исполнение иностранных судебных решений, с соблюдением условий, оговоренных в Конвенции. Отказано в исполнении может быть, если решение еще не вступило в законную силу (кроме случаев, когда решение подлежит исполнению до этого); если ответчик не участвовал в процессе, не получив надлежащего вызова в суд; если по тому же делу в стране, где испрашивается исполнение, уже вынесено решение, вступившее в законную силу, ранее возбуждено производство по данному делу, имеется уже признание решения третьего государства; если дело относится к исключительной компетенции государства, где испрашивается исполнение.

Подобно Конвенции СНГ 1993 г. имеются и другие регионального характера соглашения об исполнении судебных решений, в том числе: Кодекс Бустаманте 1928 г. (между государствами Латинской Америки); Конвенция 1932 г. между Северными странами (Дания, Исландия, Норвегия, Финляндия и Швеция); Конвенция между государствамги арабских стран 1952 г.; Афро-Мальгасийская общая конвенция о сотрудничестве в области правосудия 1962 г. и др.

§ 814. Исполнение судебных поручений в международно-правовом порядке может осуществляться согласно сложившейся практике следующими способами:

- дипломатическим путем. Суд обращается к своему министерству иностранных дел непосредственно через Министерство юстиции. МИД через свое посольство консульство обращается к МИДу государства, которому направляется судебное поручение. И уже МИД этой страны передает поручение непосредственно через Министерство юстиции - в суд для исполнения поручения;

- передача поручений через министерства юстиции (прокуратуру и т.п.) двух государств;

- передача поручений непосредственно судом одного государства суду другого государства;

- выполнение поручения суда одного государства через назначенного этим судом уполномоченного в стране, где должно выполняться поручение. Этот способ применяется судами Великобритании и США.

§ 815. Перечисленные способы с теми иными особенностями и нюансами закрепляются на межгосударственном уровне, кроме уже упомянутой Гаагской конвенции 1954 г. по вопросам гражданского процесса, также в следующих многосторонних соглашениях:

- Конвенция 1970 г. о получении за границей доказательств по гражданским и торговым делам. Эта Конвенция для государств-участников Гаагской конвенции 1954 г. заменяет последнюю в части соответствующих поручений;

- Гаагская конвенция 1965 г. о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам;

- Конвенция 1980 г. о международном доступе к правосудию. Во многом повторяет положения Гаагской конвенции 1954 г., но если последняя допускала дипломатический порядок передачи поручений, конвенция 1980 г. отдает предпочтение прямым межсудебным контактам.

§ 816. Международно-правовые отношения России с другими странами в части взаимного исполнения судебных поручений зиждутся:

- во-первых, на упомянутой выше Многосторонней конвенции 1993 г. о правовой помощи стран СНГ, в которой предусматривается в качестве общего принципа сношения государств между собой через центральные органы юстиции. Этот же принцип был установлен в двусторонних договорах о правовой помощи, действующих для России, с Азербайджаном, Болгарией, Венгрией, Вьетнамом, Грузией, КНР, Киргизией, КНДР, Кубой, Латвией, Литвой, Молдавией, Монголией, Польшей, Румынией, прежней Чехословакией, Эстонией, Югославией;

- во-вторых, на двусторонних специальных соглашениях об исполнении судебных поручений с Бельгией, Германией, США, Францией, а также на Соглашении между СССР и Австрией 1970 г. по вопросам гражданского процесса. Эти соглашения предусматривают передачу судебных поручений по дипломатическим каналам. Такой же порядок установлен и в двустороних соглашениях о правовой помощи, действующих для России с Алжиром, Грецией, Ираком, Италией, Кипром, Сирией, Тунисом, Финляндией.

 

5. Удостоверение (легализация) документов для зарубежного применения

 

§ 817. Рыночная экономика с сопутствующими ей коммерциализацией и юридизацией общественных отношений порождает множество официальных документов, требующих во многих случаях нотариального оформления. Нотариальные конторы соответственно растут в России как грибы, и в них повсюду очереди. Часто в международных торговых и имущественных отношениях, и особенно в судебных и арбитражных процессах, требуются прежде всего надлежащее оформление доверенностей, документальных доказательств и т.д. Но для того, чтобы документы признавались за рубежом, должно быть либо соответствующее зарубежное законодательство, либо международные соглашения между заинтересованными государствами. Часто это оговаривается в соглашениях о правовой помощи.

Формальная процедура так называемой легализации документа для признания его в другом государстве предполагает, что выданная тому иному лицу, к примеру, доверенность в стране А сначала заверяется у нотариуса, затем заверяется в консульском управлении национального Министерства иностранных дел. Далее представляется в консульство страны А в стране Б, где этот документ потребуется. Консул страны А в стране Б заверяет документ сам, а потом документ заверяется в консульской службе МИД страны Б. К этому надо добавить необходимость легализованного перевода документа с языка страны А на язык страны Б.

§ 818. Процедура трудоемкая, длительная и весьма бюрократизированная. Поэтому заключена была Гаагская конвенция 1961 г. об апостиле, в соответствии с которой вся описанная процедура заменяется единственной акцией - проставлением на нотариально заверенном документе ( на отдельно скрепленном с ним листе) единообразного для всех государств-участников штампа (апостиля), который проставляется и заверяется печатью соответствующего органа (суд, прокуратура, Министерство юстиции, архивное ведомство) страны, где выдан документ. В Конвенции участвует около 160 государств, включая Россию.

 

***

 

§ 819. Следует подчеркнуть, что, во-первых, процедура признания и исполнения судебных решений, а также исполнения судебных поручений, удостоверения официальных документов, в частности на основе международных соглашений о правовой помощи, относится не только к судебным решениям, поручениям и удостоверению документов, связанных со спорами и действиями в сфере коммерческих, имущественных отношений, но и с семейными, наследственными, уголовными и т.п. делами. Во-вторых, процессуального характера действия и процедуры формально-юридически имеют своим предметом не частноправовые, но публично-правовые отношения.

Можно констатировать также, что единообразного порядка как признания и исполнения иностранных судебных решений, так и исполнения иностранных судебных поручений, к сожалению, в универсальном плане еще не сущестует. Соответственно, в каждом конкретном случае надо обращаться к разнообразным международно-правовым актам в зависимости от задействованных в них государств. Кроме того, в каждом государстве, включая и Россию, существует собственное внутринациональное законодательство по этим вопросам, которое может применяться в случаях отсутствия конвенционных международно-правовых норм. Но такое законодательство, естественно, не является сферой действия международного экономического процессуального права как такового.

 

Контрольные вопросы:

1. Как на международно-правовом уровне обеспечивается урегулирование и содействие урегулированию международных частноправовых споров (согласно Киевскому соглашению 1992 г.; Вашингтонской конвенции 1965 г.; Нью-Йоркской конвенции 1958 г.; документам ЮНСИТРАЛ и т.д.)?

2. Как на международно-правовом уровне обеспечивается признание и исполнение иностранных судебных решений и судебных поручений, удостоверение (легализация) зарубежных документов?

 

Заключение

 

§ 820. Самое главное: международное экономическое право - плод весьма труднодостигаемых компромиссов между исключительно противоречивыми, постоянно изменяющимися колоссального политико-стратегического и имущественного значения интересами самых различных государств. Отсюда и все трудности продолжающегося становления международного экономического права.

§ 821. Ни в одной правовой системе, национальной международной, ни в одной отрасли международного права, кроме как в международном экономическом праве, не встретить такого обя пестрых принципов, "стандартов", прав норм: обычноправовых, конвенционных, резолютивных, с императивной, диспозитивной, рекомендательной и т.п. обязательной силой, а часто и вообще с сомнительным правовым значением; разнообразный нормативный материал, применимый и на универсальном уровне, и на региональном, и на двустороннем, и даже на одностороннем уровнях; международные экономические учреждения, межгосударственные, негосударственные, параорганизации - клубы и т.п. Во всем этом многообразии и юристы, и экономисты, и политики пробираются подчас с большим трудом.

При всем том в нормативном корпусе международного экономического права - организма молодого и быстро, но неравномерно развивающегося, - остаются огромные лакуны. Целые пласты торговли услугами, торговли сырьевыми и аграрными продуктами, обеспечение имущественных прав - лишь в малой степени находят справедливое общеприемлемое правовое решение на универсальном и даже локальном уровнях.

§ 822. При составлении настоящего курса потребовались немалые уся, чтобы попытаться привести нормативный материал, обычно относимый к международному экономическому праву, в подобие некой системы. И все же система международного экономического права, пожалуй, может быть более всего уподоблена огромному лоскутному одеялу, составленному из фрагментов самых разных цветов, размеров и фактуры, причем, к тому же, часто с довольно искусственно, на живую нитку подшиваемыми элементами. А главное, каждое из двухсот прикрывающихся "одеялом" государств усиленно тянет его на себя, и, нужно сказать, небезуспешно. Далеко не все государства одинаково комфортно укрываются под сенью международного экономического права. Давно выявсь и группы государств, и даже отдельные государства с очень разными степенями обеспечения своих интересов под общим "одеялом".

Самый наглядный пример - наиболее обширная внутри системы международного экономического права подсистема ГАТТ/ВТО. И она, однако, далеко не универсальна. И в ней есть группы стран с разным правовым статусом. И она отнюдь не охватывает по предмету регулирования всего многообразия международных экономических отношений. А то, что охватывает, - регулирует в очень разной степени и с очень различной обязательной силой. Взять основной системообразующий правовой принцип ГАТТ/ВТО - режим наиболее благоприятствуемой нации: в документах ВТО, пожалуй, не меньше исключений из этого принципа, чем универсализма.

Впрочем, все слабости и пробелы системы не трудно объяснить болезнями роста. Международное экономическое право как система - еще очень молодое. Еще моложе - международное экономическое процессуальное право (МЭПП). И тем не менее с огромным трудом, и даже иногда не без неожиданного успеха удается все же гармонизировать на международном уровне правовые установления, веками входившие в суверенную компетенцию отдельных государств. Международное экономическое право, как и МЭПП, плод сплошных компромиссов, что объясняет, в частности, и "вакханалию" исключений в правилах ГАТТ и т.п. актов.

§ 823. На наш взгляд, в ходе болезни роста международного экономического права подстерегают две опасности.

Первая - это попытки "разбавить" международное экономическое право нормами вообще не правового по сути характера не международно-правового характера.

Иногда в погоне, очевидно, за более скорой "гармонизацией" практика и доктрина пытаются "пристегнуть", подшить к общему "одеялу" и сомнительного свойства нормативный материал, такой как lex mercatoria, "контрактуализацию", приватные общие условия поставок, даже национального характера нормы и правила; расширить сферу действия международного экономического права посредством включения в него якобы нового типа субъектов международного права - индивидов, транснациональные корпорации и т.п.

Нельзя, если рассматривать и сохранять международное экономическое право как именно - право, допускать в МЭП все возможные инородные "тела" - национальные нормы, неправового характера правила и стандарты, придавать международную правосубъектность национальным субъектам права и т.д.

§ 824. Есть простой и единственно объективно-надежный метод определить, что есть норма международно-правовая, в том числе норма международного экономического права, а что есть норма внутринациональная: первая - всегда плод коллективного выражения властных государственных воль (в договорах, обычаях, в решениях межгосударственных организаций), вторая - выражение индивидуальной властной государственной воли (в законах и т.п. легислативных актах). Там, где нет государства, - не может быть выражения суверенной государственной властной воли, без которой нет и права, как национального, так и международного.

Основа основ международного права - принцип уважения государственного суверенитета - остается этой основой, несмотря на прекраснодушные , возможно, напротив, коварные маневры, объявляющие суверенитет отжившим и архаичным явлением. Ценность принципа суверенитета, его стабзирующее значение особо наглядны в свете высоко и неожиданно взметнувшейся в XX в. и до сего дня не опадающей волны воинствующего национализма, политизированного конфессионализма.

§ 825. Вторая опасность, стоящая перед международным экономическим правом в ходе его продолжающегося становления, - это поддаться под "очарование" сомнительных успехов торговой глобализации - подчинить концептуально международное экономическое право политическим интересам основной движущей силы торгового неоглобализма - всемогущественному капиталу, диктующему свои международные торгово-экономические стандарты через посредство государственного аппарата прежде всего богатейшего государства - США, строящего так называемый однополярный панамериканизированный мир.

§ 826. Органичное историческое развитие выявило нежизнеспособность в новых условиях монополистического и капитализма, и социализма. Более продуктивной оказала себя свободная игра рыночных сил, но под контролем и направлением этой игры государством. К нашему времени процесс, однако, привел к видимому торжеству своего рода глобального империализма - глобального полновластья мегакапитала со свободой транснациональной экспансии и надгосударственной доминантой.

Разумеется, глобализм - знамение времени, но узкий торгово-финансовый глобализм - в действительностшь одна из сторон всего многогранного явления. Причем и торговый глобализм сегодня не полон и односторонен. Положительные свойства его - возможности, открываемые для бурного роста мировых торговых связей, движения капиталов, - к сожалению, сопровождаются глубокими негативными явлениями - сохранением и углублением фатального разрыва в уровнях жизни богатых и бедных стран и соответствующей социально-цивзационной напряженностью, самым одиозным симптомом которой является терроризм. Если уж говорить о подлинном глобализме в его настоящем всестороннем, гуманитарном понимании, безусловно, главное из главного в нем - всеобщая глобальная многополярная безопасность. Между тем нет дня, когда на планете не лилась бы кровь в бесконечных межнациональных, религиозных, политических, социальных конфликтах.

§ 827. Противостояние глобального и регионального подходов в международном экономическом сотрудничестве и соперничестве отнюдь не оправдывает надежд на то, что регионализм есть дорожка к универсализму. Практика показывает, что такие интеграционно оринтированные системы, как Евросоюз, НАФТА и даже ВТО, - с трудом открывают двери для стран-абитуриентов и, тем самым, вряд ли служат интересам подлинной глобализации. XIX век сулил всеобщую интернационализацию жизни подобно теперешнему глобализму, а XX век вместо этого преподнес невиданные в истории эксцессы национализма. Еще вопрос, во что выльется современное планетарное развитие, пойдет ли оно по пути глобализма регионализма, вновь регрессирует к неонационализму в обличье Pax Americana, а то и Pax Orientum? Нет необходимости доказывать, что и сегодня, как известно, во внешней, в том числе торгово-экономической, политике во главе угла стоят не глобализационные идеалы как таковые, но собственные национальные интересы любого государства, за исключением разве государств, управляемых насквозь коррумпированной верхушкой. Торгово-неоглобалистская политика ряда развитых государств при этом, естественно, есть лишь составная часть их общей национальной политики.

§ 828. Международное экономическое право может обрести свое достойное место в глобальном социально справедливом правопорядке, лишь удержавшись в рамках вечных критериев добра и справедливости (jus est ars boni et aequi), которые, невзирая на их внешне якобы идеалистический характер, на поверку оказываются единственно надежными для жизнеспособного правоустройства и которые, по крайней мере в идеале, присутствуют в классическом международном праве, складывавшемся веками в условиях многополярности мира.


СОДЕРЖАНИЕ УЧЕБНИКА



Реклама!


Заказать реферат





Статистика

Всего 24 учебника


Поиск



Все книги на данном сайте являются собственностью их авторов и предназначены исключительно для ознакомительных целей.
Просматривая, скачивая книгу Вы обязуетесь в течении суток ее удалить.